Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.

Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.



СІМЕЙНІ ЛІКАРІ ТА ТЕРАПЕВТИ
день перший
день другий

АКУШЕРИ ГІНЕКОЛОГИ

КАРДІОЛОГИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, РЕВМАТОЛОГИ, НЕВРОЛОГИ, ЕНДОКРИНОЛОГИ

СТОМАТОЛОГИ

ІНФЕКЦІОНІСТИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, ПЕДІАТРИ, ГАСТРОЕНТЕРОЛОГИ, ГЕПАТОЛОГИ
день перший
день другий

ТРАВМАТОЛОГИ

ОНКОЛОГИ, (ОНКО-ГЕМАТОЛОГИ, ХІМІОТЕРАПЕВТИ, МАМОЛОГИ, ОНКО-ХІРУРГИ)

ЕНДОКРИНОЛОГИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, ПЕДІАТРИ, КАРДІОЛОГИ ТА ІНШІ СПЕЦІАЛІСТИ

ПЕДІАТРИ ТА СІМЕЙНІ ЛІКАРІ

АНЕСТЕЗІОЛОГИ, ХІРУРГИ

"Medical and social problems of family" 3-4 (том 17) 2012

Back to issue

Боль в животе как проявление экзо- и эндогенной интоксикации

Authors: Дубовая А.В. - Донецкий национальный медицинский университет им. М. Горького, кафедра педиатрии ФИПО

Categories: Obstetrics and gynecology

print version


Summary

В работе представлены механизмы формирования и течения токсикоза, виды эндогенной интоксикации, описана функциональная система детоксикации, пути и механизмы элиминации токсинов. Обсуждаются механизмы возникновения болевого абдоминального синдрома при экзо- и эндогенной интоксикации в результате острого и хронического отравления токсичными и потенциально токсичными химическими элементами — свинцом, таллием, алюминием, ртутью, барием, висмутом, сурьмой, а также при избыточном поступлении в организм жизненно необходимых элементов — калия, железа, цинка, меди и хрома.

У роботі наведені механізми формування та перебігу токсикозу, види ендогенної інтоксикації, описані функціональна система детоксикації, шляхи та механізми елімінації токсинів. Обговорюються механізми виникнення больового абдомінального синдрому при екзо- та ендогенній інтоксикації в результаті гострого й хронічного отруєння токсичними та потенційно токсичними хімічними елементами — свинцем, талієм, алюмінієм, ртуттю, барієм, вісмутом, сурмою, а також при надмірному надходженні в організм життєво необхідних елементів — калію, заліза, цинку, міді та хрому.

This paper presents the mechanisms of toxicity and course of toxicosis, types of endogenous intoxication; functional system of detoxification, pathways and mechanisms of toxin elimination had been described. There were discussed the mechanisms of abdominal pain syndrome in the exo- and endogenous intoxication due to acute and chronic poisoning by toxic and potentially toxic chemicals — lead, thallium, aluminum, mercury, barium, bismuth, antimony, and also in excessive intake of essential elements — kalium, iron, zinc, copper and chromium.


Keywords

Боль в животе, экзогенная, эндогенная интоксикация.

Біль у животі, екзогенна, ендогенна інтоксикація.

Abdominal pain, exogenous, endogenous intoxication.

Боль в животе является одной из наиболее частых жалоб, предъявляемых детьми и их родителями, и одной из ведущих причин экстренной госпитализации и оперативных вмешательств. По данным P. Sutphen [20], болевой абдоминальный синдром — основная причина беспокойства и плача ребенка первого года жизни. Около 23 % детей к 6-недельному возрасту кричат по ночам, страдая от кишечных колик [8]. В школьном возрасте жалобы на боль в животе предъявляют более половины детей [17]. В некоторых случаях абдоминалгия проходит бесследно, но в 50–70 % она приобретает хроническое течение, ухудшая качество жизни ребенка и членов его семьи [8]. В настоящее время доказано более 100 различных причин боли в животе, одной из которых является эндо- и экзогенная интоксикация [12].

Проблема влияния на организм человека токсичных веществ в XXI веке приобрела особую актуальность как одно из следствий бурного развития химической индустрии и ее отраслей, что влечет за собой попадание в окружающую среду более 10 млн разнообразных ксенобиотиков [10, 11, 16, 18]. Под термином «ксенобиотики» (греч. xenos — чужой) понимают экзогенные соединения, чужеродные для организма человека (тяжелые металлы, пестициды, препараты бытовой химии, красители, консерванты, лекарственные средства и т.д.), которые при попадании внутрь могут нанести вред здоровью [3]. Около 100 000 из них используются в быту, более 1000 являются причиной острых и хронических отравлений [1, 4, 6, 8]. Согласно данным Всемирной организации здравоохранения, ежегодно острые интоксикации уносят жизни более 250 тыс. людей (4,3 на 100 тыс. населения) и входят в число 10 ведущих причин смерти [10, 18]. Точный учет случаев хронических интоксикаций, к сожалению, в настоящее время не ведется [11].

Интоксикация (интоксикационный синдром) является клиническим отражением токсикоза — стадийного, склонного к прогрессированию и генерализации патологического процесса, который сопровождается накоплением в крови токсических веществ (токсинов) экзогенного и/или эндогенного происхождения [5]. Термином «токсины» обозначены вещества, оказывающие повреждающее действие на клетки организма [3]. При этом экзотоксины попадают в организм из окружающей среды в виде неорганических и/или органических соединений, их синтез не осуществляется геномом человека. Синтез и метаболизм эндотоксинов происходит под контролем собственного генома, а токсические свойства реализуются на биологической мишени, принадлежащей самому организму [10].

Характер и выраженность начальных проявлений экзогенной интоксикации зависят от места воздействия и концентрации ксенобиотика, поступившего во внутреннюю среду организма [6, 19]. Ксенобиотики включаются в обмен веществ, вызывая дисметаболизм, и приводят к повреждению мембран клеток, дистрофическим изменениям в них, апоптозу и некрозу [7].

Эндогенную интоксикацию вызывают эндогенные токсины — патологические продукты метаболизма [5]. Многие известные вещества, являясь естественными для организма метаболитами, в определенных концентрациях обеспечивают поддержание гомеостаза, а при повышении их содержания вызывают повреждение различных органов и систем [9]. Так, известны токсические эффекты повышенного содержания в крови продуктов перекисного окисления липидов, азотсодержащих веществ при уремии, глюкозы при гипергликемии и др. [10]. Несмотря на многообразие веществ эндогенной природы, обладающих токсическими свойствами, и мишеней их повреждающего действия, клинические проявления симптомокомплекса эндогенной интоксикации малоспецифичны и характеризуются общей слабостью, чувством разбитости, нарушениями сна и аппетита, мышечной, головной, абдоминальной болью и др. [10, 12, 16]. Проявления эндотоксикоза определяются органными и системными реакциями в организме пациента. Органные реакции характеризуются нарушениями функций органов жизнеобеспечения (легких, сердца, печени, почек, кишечника, головного мозга и др.); системные обусловлены значительными нарушениями реологических свойств циркулирующей крови или с персистирующим избыточным иммунным ответом организма больного на появление в его внутренней среде избытка иммуночужеродных веществ (продукты неорганического протеолиза плазменных белков, цитолиза, гидролиза гликопротеидов и фосфолипидов соединительной ткани) [14].

Противостоит действию токсинов функциональная (физиологическая) система детоксикации (ФСД), которую составляют легкие, печень, кишечник, почки и другие органы, обеспечивающие разведение и мобилизацию патологических продуктов метаболизма, их биотрансформацию и элиминацию в обычных условиях и с различной степенью эффективности в условиях патологии [10]. Физиологическая детоксикация представляет собой комплекс биохимических и биофизических реакций организма, которые направлены на поддержание химического гомеостаза и осуществляются в результате совместной деятельности ряда систем: иммунной, печеночной (ферментные микросомальные и немикросомальные вещества), экскреторной (почечная элиминация и внепочечная элиминация — пищеварительный тракт, органы дыхания, покровы тела и др.) [3, 13, 15]. Основные процессы биотрансформации осуществляются макрофагально-лимфоцитарной системой, ответственной за детоксикацию и временное депонирование (в результате фиксации) крупномолекулярных веществ — вирусов, бактериальных токсинов, биополимеров и др., и печенью, обезвреживающей средне- и низкомолекулярные соединения [10].

Гепатоинтестинальная система является основным физиологическим путем элиминации для токсинов с частицами 10–200 нм [13]. Ведущие механизмы, обеспечивающие этот путь выведения, представлены следующими типами реакций: окислительное деалкилирование, дезаминирование, декарбоксилирование, или восстановление; образование парных эфиров с глюкуроновой, серной, уксусной кислотами, глицином, глутатионом [10]. В основном благодаря этим механизмам осуществляется элиминация жирорастворимых веществ средне- и высокомолекулярной массы [13]. Для многих из них характерна энтерогепатическая рециркуляция: после попадания токсина из желч-ного пузыря в кишечник происходит повторное его всасывание в кровь с последующей биотрансформацией в печени [12]. Гастроинтестинальный путь обеспечивает удаление из организма веществ, которые не всосались в кровь при пероральном пути поступления, а также токсинов, попавших в кишечник из желчного пузыря, слюны или всосавшихся из крови через стенку кишечника [6].

Одним из наиболее частых клинических проявлений экзо- и эндогенной интоксикации является боль в животе. Она возникает, в частности, при остром и хроническом отравлении токсичными и потенциально токсичными химическими элементами — свинцом, таллием, алюминием, ртутью, барием, висмутом, сурьмой, а также при избыточном поступлении в организм калия, железа, цинка, меди и хрома, которые являются жизненно необходимыми химическими элементами [2, 11, 16].

Боль в животе при хронической свинцовой интоксикации (Т.56.0 по МКБ Х) получила название «свинцовая колика» и характеризуется резкими разлитыми абдоминальными схватками [12]. Источниками поступления свинца в организм являются выхлопные газы автомобилей, табачный дым, кислые продукты и напитки, хранившиеся в глиняной посуде, покрытой глазурью со свинцовым суриком и др. [9]. Отравление свинцом наиболее опасно в период внутриутробного развития плода, поскольку данное химическое вещество особенно интенсивно поглощается бурно растущим организмом, оказывая при этом разрушительное действие [19]. Свинец медленно элиминируется, поэтому способен постепенно накапливаться в организме плода с наибольшей концентрацией в головном мозге [5]. У младенцев, подвергшихся внутриутробному воздействию свинца, может наблюдаться VACTERL-синдром (пороки развития позвоночника, сердца, почек, конечностей, свищи трахеи и пищевода, атрезия заднего прохода), детский церебральный паралич [17]. Свинец и его соединения относятся к группе ядов, оказывающих политопное действие. Этот токсичный химический элемент быстро поглощается слизистой оболочкой кишечника и медленно проходит через серозную мембрану (2–3 часа). Наиболее характерными ранними признаками интоксикации являются поражение системы кроветворения и нервной системы [16]. При воздействии свинца и его неорганических соединений развиваются астенический синдром, полиневропатия и энцефалопатия [11]. К гематологическим признакам свинцовой интоксикации относят ретикулоцитоз, появление в периферической крови эритроцитов с базофильной зернистостью, анемию. Наличие гипохромной анемии у такого больного отражает степень тяжести отравления [12]. При развернутой клинической картине хронической свинцовой интоксикации нередко наблюдаются изменения в органах пищеварения. Помимо свинцовой колики, к ним относят свинцовую кайму — лиловато-серую полоску по краю десен, нарушения секреторной и моторной функций желудочно-кишечного тракта (ЖКТ), дискинезию желчевыводящей системы [2].

Боль в животе наряду с головной болью и тахикардией может быть первым симптомом отравления таллием [12]. Возникающая вследствие поражения гладкой мускулатуры, она имеет спастический характер [10]. Источником поступления таллия в организм может стать загрязненная пища, случайное употребление химикатов, предназначенных для борьбы с грызунами, – родентицидов (сульфаты таллия), в криминалистике описаны случаи использования солей таллия с целью убийства или самоубийства [9]. При этом в течение 4 дней на коже головы появляются характерные окрашенные в темный цвет полосы, через 2–5 суток присоединяются неврологические симптомы, включающие спутанность сознания, галлюцинации и судороги. К клиническим проявлениям хронической таллиевой интоксикации относят болезненную периферическую сенсомоторную невропатию, атаксию, паралич черепных нервов, оптическую невропатию, хореоатетоз, тремор и энцефалопатию, тотальную алопецию [2]. При острой интоксикации таллием в течение 1 недели развиваются кома, респираторный паралич, может наступить смерть [10].

Дистензионная абдоминальная боль может быть одним из проявлений алюминиевой интоксикации [9]. Токсичный элемент алюминий ингибирует стимулированные ацетилхолином сокращения гладкой мускулатуры желудка и таким образом замедляет скорость продвижения пищевого комка [11]. Ежедневно с пищей и водой человек получает около 3–5 мг алюминия. Концентрация алюминия в пищевых продуктах невелика, обычно ниже 5 мг/кг [9]. Сухие специи, особенно чайные листья, могут содержать десятки и даже сотни мг/кг алюминия (в свежезаваренном чае содержится 1–5 мг/л). Кипячение воды (особенно подкисленной уксусом или другими кислотами) в алюминиевых кастрюлях значительно повышает уровень потребления этого химического элемента [17]. К продуктам с высоким содержанием алюминия относится вода из-под крана, без предварительной очистки, пищевые красители, колбасы и дрожжи [12]. Следует помнить о поступлении алюминия в организм при лечении такими антацидными препаратами, как алмагель, фосфалюгель, маалокс и др. Нерастворимые его соединения (гидроксид алюминия, оксид, карбонат или бикарбонат) в желудке медленно, но не полностью превращаются в хлорид. У пациентов, проходящих курс лечения антацидными препаратами алюминия, положительный баланс достигает 200–300 г/сутки (вместо 30 мг в норме) [9]. Алюминий содержится в значительных количествах в таких растворах для внутривенных инъекций, как глюконат кальция, альбумин, декстроза, раствор Рингера и др. [11]. Незначительные дозы алюминия могут поступать в организм при всасывании с поверхности кожи (бумажные полотенца, салфетки, одноразовые простыни, дезодоранты, некоторые кремы, тальк, присыпки, губная помада), а также с пищей при использовании фольги [2]. Проявлениями алюминиевой интоксикации могут быть гиперкальциемия, микроцитарная анемия, резистентная остеодистрофия, обусловленная недостаточностью витамина D, остеомаляция и переломы у детей, проксимальная миопатия и прогрессирующая энцефалопатия (смешанная дизартрия-апраксия речи, «порхающий» тремор, боязливость, миоклония, деменция, ослабление зрительной памяти, способности к концентрации внимания, фокальные эпилептические приступы) [12]. У пациентов с повышенным содержанием алюминия в организме описано снижение зрительной памяти, способности концентрировать внимание, обеднение словарного запаса; при хронической интоксикации симптоматика может развиваться годами, нередко клиническая картина напоминает течение болезни Альцгей-мера [9].

Абдоминальная боль может быть одним из клинических симптомов ртутной интоксикации [11]. Токсичность ртути зависит от той химической формулы, в которой она попадает в организм [19]. Металлическая ртуть в жидком виде в целом нетоксична и всасывается в ЖКТ практически полностью (90 %), выводится в основном с калом (80 %) и мочой. Неорганические соединения ртути высокотоксичны. Они хорошо растворяются в липидах и потому легко проникают через альвеолярную мембрану, стенку кишечника, плацентарный барьер, кожу [11]. Так, при попадании в организм пестицидов, антисептиков и гербицидов, содержащих неорганические соли ртути, возможны ожог полости рта, фарингит, тошнота и рвота с тяжелым гингивитом, стоматитом, эрозия слизистой оболочки пищевода [9]. Желудочно-кишечный тракт является основным органом-мишенью при ртутной интоксикации. Могут наблюдаться слабость, усталость, бледность, кровавая рвота и стул, шок и сосудистый коллапс. Первоначальные и часто единственные поражения находят в ЖКТ, однако их достаточно, чтобы через несколько часов наступила смерть [10]. Ртуть может поступать в организм человека с морской рыбой, морепродуктами и рисом (суши). Процесс метилирования неорганической ртути в донных отложениях водоемов является ключевым звеном в пищевой цепи, обусловливающей ее поступление в организм человека [11]. Металлическая ртуть используется в производстве хлора, красителей, электротехнической промышленности, сельском хозяйстве, медицине (в том числе в стоматологии для изготовления амальгам), оборонной промышленности [9]. Неблагоприятное действие на кожу оказывают освет-ляющие кремы, мыла, оксид ртути для лечения экземы [12]. Описаны случаи интоксикации вследствие кожной аппликации неорганической ртути, появление нефротического синдрома после применения мазей, содержащих аммонийную ртуть. При частом употреблении морепродуктов, особенно придонных молюсков, может наблюдаться хроническое отравление с синдромом меркуриализма, нарушениями деятельности нервной системы, пищеварительного тракта, дерматозами [16]. В Японии описано массовое отравление ртутью населения, получившее название «болезнь Минамата». Причиной заболевания служило отравление метиловой ртутью, содержавшейся в промышленных отходах при производстве ацетальдегида и винилхлорида и поступавшей в организм при употреблении зараженной рыбы, устриц и крабов. У беременных, потреблявших зараженную рыбу, метиловая ртуть, проходя через плаценту, вызывала врожденную болезнь Минамата. При этом дети отставали в физическом и умственном развитии, у них появлялись патологические движения, исчезала плавность движений [9]. Важно помнить, что соединения ртути генотоксичны: они вызывают ингибирование митотического веретена (прямой мутагенный эффект при этом низок). Ртуть приводит к деструкции нервной ткани, дизонтогенезу, нарушениям цитоархитектоники мозга и формирует устойчивые биохимические отклонения у плода, что клинически проявляется детским церебральным параличом, аутизмом [16].

Кишечная колика является одним из клинических проявлений острого отравления барием [11]. Основные источники поступления бария в окружающую среду — сточные воды химико-фармацевтического, нефтехимического, металлургического, лакокрасочного, мыловаренного, поли-графического, резинотехнического производства [9]. В быту этот токсичный ультрамикроэлемент поступает в организм в основном с водопроводной водой, депонируясь в мышцах (антагонист калия) и костях, где замещает кальций [12]. Даже в ничтожных количествах барий оказывает выраженное влияние на гладкие мышцы, блокируя пассивную проводимость калия. Токсичны все соединения бария за исключением сульфатного соединения, применяемого в рентгенологии [11]. Описаны нейротоксическое, кардиотоксическое и гемотоксическое действия бария. При остром отравлении барием наряду с кишечной коликой наблюдаются жжение во рту и пищеводе, обильное слюноотделение, диспептический синдром в виде тошноты, рвоты, диареи [10]. Клиническим проявлением хронической бариевой интоксикации, которая развивается при длительном вдыхании пыли сульфата бария, является пневмокониоз (баритоз) [9].

Болевой абдоминальный синдром может быть проявлением хронической висмутовой интоксикации, в том числе в результате длительного приема препаратов висмута (викалин, викаир и др.) в больших дозах. При этом у ребенка имеет место диспептический синдром (тошнота, рвота, метеоризм, диарея), появление темной каймы вокруг десен, пигментация слизистой оболочки десен и полости рта [4, 11].

Боль в животе сопровождает острую и хроническую интоксикацию сурьмой [2]. Отравление может развиться при избыточном поступлении в организм сурьмы с пищей и лекарственными препаратами [9]. При острой интоксикации сурьмой в результате сильного слюнотечения, длительной рвоты, диареи быстро развивается обезвоживание, при хронической — пациенты жалуются на сухость в горле, тошноту, рвоту [10].

Наряду с вышеуказанным следует помнить, что к интоксикации может приводить избыточное количество поступающих в организм жизненно необходимых химических элементов [2]. В данном случае справедливы слова Парацельса о том, что «нет токсичных веществ, а есть токсичные дозы». Так, при избыточном поступлении в организм эссенциального макроэлемента калия (длительный и неконтролируемый прием препаратов калия, потребление «горьких» минеральных вод, картофельная диета и др.) наблюдается паралич скелетных мышц, в том числе гладкой мускулатуры желудочно-кишечного тракта, что клинически проявляется спастической болью в животе [12].

Болевой абдоминальный и диспептический синдром (изжога, тошнота, рвота, запор или диарея) отмечается при остром отравлении эссенциальным микроэлементом железом (например, передозировка железосодержащих препаратов), в результате которого наблюдается изъязвление слизистой оболочки кишечника, развитие печеночной недостаточности, что может стать причиной летаргического состояния и смерти [1]. При этом уровень железа в крови может не достигать критических цифр. Одной из наиболее распространенных причин отравления у детей является передозировка железосодержащих жевательных витаминов [4]. При превышении дозы железа наблюдаются сидериновые отложения в различных органах и тканях, которые в дальнейшем рассасываются очень медленно и не полностью. Следует помнить, что одновременный прием витамина С ускоряет процессы сидероза и приводит к тому, что отложения сидерина не растворяются [17].

Боль в животе может быть обусловлена хронической цинковой интоксикацией (T.56.5 по МКБ Х), одной из причин которой является неконтролируемое использование препаратов цинка (в т.ч. и местно в виде цинксодержащих кремов, мазей, присыпок и др.), длительный контакт с соединениями цинка в быту (например, ношение зубных протезов) или в производственных условиях [9]. Токсичность цинка невелика, при введении его в избытке он выводится, а не кумулируется. В результате антагонистического действия у пациентов, бесконтрольно принимавших цинковые добавки, возникает дефицит кобальта, железа и меди [4]. Обсуждаемый химический элемент концентрируется в поджелудочной железе, и этот орган является потенциальной мишенью при цинковом отравлении [11]. Зарегистрирован смертельный исход при приеме 45 г (3000 суточных доз) сульфата цинка [12].

Болевой абдоминальный и диспептический синдром является одним из наиболее частых проявлений хронического отравления медью (T.56.4 по МКБ Х) [2]. Проглатывание всего 1 грамма сульфата меди (медный купорос) может привести к почечной недостаточности и смерти [9]. К сожалению, известны случаи приема меди с суицидальной целью. При поступлении ее в количестве более 250 мг развивается тяжелая гемолитическая анемия, токсическое поражение почек (очаговый некроз проксимальных канальцев) с анурией, летальным исходом [10]. Известно прямое токсическое действие меди или сопутствующий гемолиз в качестве индуктора синдрома Фанкони (канальцевая протеинурия, генерализованная аминоацид-урия, фосфатурия, урикозурия и гиперкальциурия) [11]. Источником поступления этого элемента в организм является медная посуда, местное применение медьсодержащих мазей. Клиническими проявлениями хронической интоксикации медью являются миалгия, диарея, ацидоз, метгемоглобинемия и гемолиз [12].

Боль в животе может быть обусловлена отравлением хромом [9]. Соли шестивалентного хрома, например хромовой кислоты, бихромата калия или триоксида хрома, чрезвычайно токсичны и могут вызывать летальный исход даже после дозы 0,5–2 г [4]. При избыточном поступлении хрома извне (например, в составе хромсодержащих биодобавок), помимо боли в животе, возникают рвота, диарея и кишечное кровотечение. На начальной стадии может наступить смерть от острой сосудистой недостаточности [10]. Если пациент выживает, происходит поражение почечных канальцев. Двухвалентные и трехвалентные формы (оксид, сульфат хрома) плохо растворимы, поэтому их избыточное поступление в организм не сопровождается развитием клинической симптоматики [9].

Таким образом, боль в животе, при всем многообразии ее этиологических основ, может быть одним из клинических проявлений экзо- и эндогенной интоксикации, в том числе при остром и хроническом отравлении токсичными и потенциально токсичными химическими элементами — свинцом, таллием, алюминием, ртутью, барием, висмутом, сурьмой, а также при избыточном поступлении в организм жизненно необходимых элементов — калия, железа, цинка, меди и хрома. Указанное важно помнить каждому врачу — педиатру, терапевту, семейному врачу, гастроэнтерологу, хирургу при диагностическом поиске, дифференциальной диагностике, составлении лечебных назначений.


Bibliography

1. Бабенко О.В. Некоторые особенности отравлений лекарственными препаратами у детей и оказание им медицинской помощи / О.В. Бабенко, М.М. Авхименко // Медицинская помощь. — 2001. — № 3. — С. 16-19.

2. Биологическая роль макро- и микроэлементов в организме ребенка. Диагностика, коррекция и профилактика дисэлементозов: Методические рекомендации / Н.В. Нагорная, Е.В. Бордюгова, А.В. Дубовая [и др.]. — Донецк, 2009. — 38 с.

3. Биоэлементология: основные понятия и термины: терминологический словарь / А.В. Скальный, И.А. Рудаков, С.В. Нотова [и др.]. — Оренбург: ГОУ ОГУ, 2005. — 50 с.

4. Бытовые лекарственные отравления детей в современных условиях / Н.П. Гребняк, В.И. Черний, А.Ю. Федоренко [и др.] // Архив клинической и экспериментальной медицины. — 2001. — Т. 10, № 3. — С. 359-362.

5. Гнатейко О.З. Екогенетичні аспекти патології людини, спричиненої впливом шкідливих факторів зовнішнього середовища / О.З. Гнатейко, Н.С. Лук’яненко // Здоровье ребенка. — 2007. — № 6(9). — С. 82-87.

6. Дубовая А.В. Экзогенная и эндогенная интоксикация. Функциональная система детоксикации. Методы активной детоксикации / А.В. Дубовая // Здоровье ребенка. — 2011. — № 5(32). — С. 79-86.

7. Зербино Д.Д. Экологическая патология и экологическая нозология: новое направление в медицине / Д.Д. Зербино // Мистецтво лікування. — 2009. — № 8. — С. 37-41.

8. Корниенко Е.А. Боли в животе у детей. Дифференциальный диагноз и алгоритмы лечения / Е.А. Корниенко // Детская гастроэнтерология и нутрициология. — 2005. — Т. 13, № 18. — С. 1197-1201.

9. Оберлис Д. Биологическая роль макро- и микроэлементов у человека и животных / Д. Оберлис, Б. Харланд, А. Скальный. — СПб.: Наука, 2008. — 544 с.

10. Профилактика и интенсивная терапия острых отравлений у детей и подростков / В.И. Черний, Б.С. Шейман, Н.П. Гребняк [и др.]. — К., 2007. — 1010 с.

11. Скальный А.В. Химические элементы в физиологии и экологии человека / А.В. Скальный. — М., 2004. — 216 с.

12. Скальный А.В. Биоэлементы в медицине / А.В. Скальный, И.А. Рудаков. — М., 2004. — 272 с.

13. Чайковская И.В., Яворская Л.В. Синдром эндогенной интоксикации и его роль при патологических процессах / И.В. Чайковская, Л.В. Яворская // Питання експериментальної та клінічної медицини. — 2012. — Випуск 16, том 1. — С. 144-151.

14. Шифрин Г.А. Пособие по интегративной медицине / Г.А. Шифрин. — Киев: Изд-во Максимов И.Ю., 2004. — 168 с.

15. Bismuth Ch. Toxicologie Clinique. — Paris: Medecine-Science Flammarion, 2000. — 1092 p.

16. Environmental pollutants and disease in American children: estimates of morbidity, mortality, and costs for lead poisoning, asthma, cancer, and developmental disabilities / P.J. Landrigan, C.B. Schechter, J.M. Lipton et al. // Environ. Health Perspectives. — 2002. — Vol. 110, № 7. — P. 721-728.

17. Landrigan P.J. Chronic effects of toxic environmental exposures on children’s health / P.J. Landrigan, A. Garg // J. Toxicol. Clin. Toxicol. — 2002. — Vol. 40, № 4. — P. 449-456.

18. Mathien-Nolf M. Poisons in the air: A cause of chronic disease in children / M. Mathien-Nolf // J. Toxicol. Clin. Toxicol. — 2002. — Vol. 40, № 4. — P. 483-491.

19. Skalny A.V. The multielement hair analisys as a tool for preliminary valuation of severe technogenic pollution effects on the children’s health / A.V. Skalny, M.G. Skalnaya // Proc. of 4th International symposium on trace elements in human: new perspectives. — Athens, Greece. — Part I. — P. 333-344.

20. Sutphen Р. Is it colic or is it gastroesophageal reflux? / P. Sutphen // J. Pediatr. Gastroent. Nutr. — 2001. — P. 110-111.


Back to issue